Тишина, из которой всё началось
Меня часто спрашивают: «Как у вас родилась идея психологического центра?» Наверное, у каждого проекта есть точка отсчёта — место и время, о которых можно сказать: «Вот тогда всё началось». У «КОЛЫБЕЛИ СЕМЬИ» такая точка есть. Только это не помещение с ремонтом и не кабинет с вывеской.
Мне было двадцать четыре года. Я проходила студенческую практику в школьном лагере в Краснодаре и пришла к подросткам с заранее подготовленной лекцией о дисциплине. Всё было правильно: план, формулировки, важные тезисы. Только дети не слушали. Они смотрели сквозь меня, а в комнате стояла такая плотная тишина, что казалось, её можно потрогать.
В какой-то момент я поняла: продолжать бессмысленно. Отложила конспект, села рядом с ребятами прямо на пол и спросила:
— Что вас на самом деле злит?
После этого они заговорили. Не только о правилах и вожатых, а о том, что действительно болело. О мамах, которые постоянно требуют учиться, и о страхе не найти своё место в жизни. О стыде, который родители неосторожно навязывают детям после школьных замечаний. О папах, запрещающих одеваться по-своему, потому что «так надо». О дружбе, одиночестве, первых чувствах и поиске себя.
Тогда я впервые по-настоящему поняла: человек приходит не за готовыми правильными словами. Ему прежде всего нужно, чтобы его услышали. А уже потом появляются упражнения, программы, терапия и изменения.
Эта мысль стала важным кирпичиком в фундаменте моей профессиональной жизни. Она стала одним из оснований «КОЛЫБЕЛИ СЕМЬИ».
Первый капитал доверия
После встреч с подростками я начала общаться с их родителями. Мне было важно не пересказывать взрослым личные признания детей и не давать им готовых указаний вроде: «Вашему сыну нужно заниматься совсем другим». Я помогала родителям увидеть за конфликтным поведением живого человека и заново выстроить диалог с ним.
Иногда достаточно начать с простых слов:
— Я волнуюсь о твоём будущем. Давай попробуем разобраться вместе. Я рядом и поддержу тебя.
Для многих родителей это становилось облегчением. Они обнаруживали, что доверие можно не требовать, а постепенно создавать. А подростки впервые чувствовали: их мнение важно, к ним готовы прислушиваться.
Потом появились отзывы от родителей, педагогов, вожатых. «Вы нашли подход к моему сыну, мы уже не знали, как до него достучаться». «Дочь впервые поговорила со мной без скандала». Эти слова стали моим первым капиталом доверия. Благодаря рекомендациям появились первые клиенты — подростки и их семьи. И всё это происходило, когда я ещё училась.
Тогда я поняла, насколько важно работать не только с одним «проблемным» членом семьи, а со всей системой отношений. Мечта о собственном пространстве, куда будут приходить и дети, и взрослые, появилась именно в те годы. Потом она надолго оставалась мечтой — почти на восемнадцать лет.
Я знаю, как это — когда рушится всё
Мой путь к пониманию семьи шёл не только через книги. Он прошёл через мой собственный развод и мою собственную терапию. Я помню, как выглядит мир, в котором ещё вчера всё было надёжно, а сегодня рассыпается. Помню, как это — плакать вечером и надевать улыбку утром. Я психолог, но мне тоже понадобилась рука коллеги, такое сложно пережить в одиночку.
И вот что открылось: семья — это не штамп, это отношения, уютные домашние вечера, человек, рядом с которым можно быть настоящей. Полная, неполная, с особенным ребёнком, с приёмными детьми, с бабушкой, ставшей главной опорой, — семья там, где есть любовь и уважение.
Откуда взялось название
Про название я обычно рассказываю с улыбкой, потому что родилось оно не в размышлениях, а в телесном ощущении.
На одном из тренингов моего любимого учителя, Петра Фёдоровича Силенка, я участвовала в демонстрации техники. И в какой-то момент я увидела себя в колыбели. В своем настоящем возрасте, уже взрослая, лежу в колыбели у большого бревенчатого дома, с резными наличниками на окнах, а вокруг — тёплый свет, тишина и удивительное спокойствие. Мне было так хорошо, так естественно и гармонично, будто я попала туда, где меня всегда ждали.
Прошло время. Мы с моим заместителем, подругой и самым близким человеком на этапе открытия центра Евгенией Витальевной Картуновой сидели и придумывали название. Слово «семья» было, а вот как его показать... «Школа семьи», «институт семьи», «академия семьи» — всё звучало умно и при этом холодно. Хотелось другого: чтобы человек с первого слова почувствовал, что здесь безопасно, его здесь не переделают и не научат жизни, а бережно, с заботой и пониманием помогут взрастить то, что для него важно.
И тогда я вспомнила ту колыбель. И название появилось сразу, без споров.
Евгении Витальевне я хочу сказать отдельное спасибо: она была рядом с первой мысли, помогала на этапе открытия и становления, и остаётся поддержкой до сих пор. Это редкость и большое счастье — иметь рядом человека, на которого можно опереться.
Что такое «Колыбель семьи» сегодня
Центр открылся в 2025 году в Санкт-Петербурге, на первой линии Васильевского острова, 34. Красивое место: старинные петербургские стены, камин, лепнина на потолке. Но гости чаще говорят не об этом, а об ощущении тепла и заботы, которое появляется с порога.
Для меня «Колыбель» — это детище. Это моя миссия и потребность души: восстановление и поддержка института семьи и родительства. Всё, что я собрала за восемнадцать лет практики, я привнесла сюда. Все программы центра написаны мной, выверены опытом и оттачивались годами.
Мы сопровождаем человека с самого начала — с момента зачатия и идём рядом на каждом жизненно важном этапе: учёба, поиск себя, подростковые бури, любовь, ожидание малыша, родительские кризисы, потери. Отсюда наш главный проект — «Школа родительства»: лекции, дискуссии, тренинги, группы для беременных и детей, индивидуальные и семейные консультации.
Душа центра — люди
Меня спрашивают: в чём секрет? Не в методиках, методики можно выучить. Секрет в людях и в том, что здесь мы не просто рабочая команда.
Первыми человека встречают администраторы, Татьяна и Екатерина. Они не просто «примут заявку», а услышат. Мама, пришедшая в тревоге, выдыхает уже в коридоре, а если ребёнка оставить не с кем — присмотрят, сядут рисовать, пораскрашивают вместе. Для меня такая забота — не дополнительная услуга, а естественная часть атмосферы.
А рядом со мной работают специалисты, которым я доверяю.
Наталья Николаевна Самойленко — очень бережный и внимательный психолог. Она умеет создавать рядом с собой ощущение спокойствия, а с детьми тонко работает через песочную терапию. В её кабинете ребёнку не нужно сразу подбирать правильные слова: иногда за него сначала говорит песок, фигурки и маленький созданный им мир.
Наталья говорит: «Исцеление начинается там, где тебя по-настоящему слышат». Мне кажется, это очень точно описывает её подход.
Таисия Алексеевна Беренсен — психолог и семейный терапевт, глубокий, чуткий и очень живой человек. Она помогает увидеть не только внешнюю проблему, но и повторяющийся сценарий, который незаметно управляет отношениями. С ней можно говорить о самых непростых вещах — о потере доверия, расставании, зависимости, одиночестве и при этом чувствовать, что тебя понимают и не осуждают.
Свою роль Таисия описывает так: «Я не выбираю тропу за вас. Я помогаю перенести груз там, где нести его самому тяжело».
А я — Ирина Витальевна Михайлова: взрослый, детский и семейный психолог, больше восемнадцати лет практики. И скажу честно: я не могу назвать это работой. Каждый человек для меня — целый мир: со своей погодой, историей, ранами и силами. Иногда этому миру нужна помощь — пережить бурю, найти опору, вернуть равновесие. Быть рядом в эти моменты для меня — счастье и призвание.
Я очень дорожу нашей командой. В «КОЛЫБЕЛИ СЕМЬИ» у нас не просто коллектив — мы семья. Мы объединены общей миссией: помогать людям восстанавливать связь с собой и друг с другом. Я сознательно собирала команду из постоянных специалистов, которым важны не только профессиональные знания, но и человеческое присутствие.
Первые шаги
Год для центра — это только начало, первые шаги. Но за это время мы успели многое.
Проводим индивидуальные, семейные и групповые консультации, бесплатные консультации-знакомство. Запустили цикл встреч «Обретая себя», открыли киноклуб «Кино, которое лечит»: смотрим фильм, обсуждаем его с психологом, ищем личные смыслы. Параллельно в соседнем зале проходят детские встречи, чтобы родителям не приходилось выбирать между заботой о себе и ребёнке.
Развиваем арт-терапию для детей, подростков, взрослых и семей, готовим бесплатные вебинары для родителей с участием специалистов. Начали сотрудничать с организациями и разрабатывать программы поддержки для коллективов.
Особенно дорого мне направление помощи женщинам, которые долго не могут стать мамами. Мы работаем с тревогой, страхами, внутренними конфликтами и переживаниями, связанными с бесплодием и лечением. А потом в центре появляются дети наших клиенток, я в шутку называю их «мини-ясли». Для меня это очень трогательное напоминание о том, что за психологической работой всегда стоят реальные человеческие судьбы.
Недавно к нам пришла пара, которая взяла паузу в отношениях и временно разъехалась. На консультациях партнёры хотели понять, есть ли у них будущее. После третьей встречи они подали заявление в ЗАГС. Такие истории напоминают, ради чего всё это создаётся.
Есть у меня убеждение, которое повторяю родителям всегда: если речь о ребёнке — в работу идёт вся семья. Иначе результату не устоять: ребёнок вернётся в ту же среду и сделает те же выводы. Помогает не техника, а то, что мама или папа начинают по-настоящему видеть своего ребёнка. Иногда всё, что нужно, — повернуть их друг к другу лицом.
«Мы научились слушать, слышать и понимать друг друга», — написала мне одна мама. «Шла как к последней надежде… я обрела вкус к жизни», — другая. «Место, куда хочется возвращаться», — третья. Ради этих слов всё и делается.
Вместо заключения
Когда я начала писать статью о центре, я долго думала, о чём писать: о программах? О цифрах? А потом поняла: о том, что «КОЛЫБЕЛЬ СЕМЬИ» выросла из детского вопроса «а вы меня слышите?», заданного в душном лагере много лет назад.
Этот центр — мой способ отвечать на этот вопрос. Чтобы в каждой семье было место разговору, в котором тебя слышат. Чтобы взрослые помнили, отношения важнее формы. Чтобы дети знали, что их любят не за пятёрки и победы, а просто так.
Год — это возраст первых шагов. Но мы же «КОЛЫБЕЛЬ СЕМЬИ», значит, теперь учимся ходить и поддерживаем тех, кто пока не может идти сам.
Ирина Михайлова - психолог, экспертный член МОО РПП, г. Санкт-Петербург