Зеленая терапия, зеленый терапевт

Лида Правдина

Зеленая терапия – это про что?

«Зелёная терапия» (Green Care / Nature-Based Interventions) — зонтичный термин для психосоциальных интервенций, которые интегрируют биотические и абиотические элементы природы для укрепления здоровья и благополучия человека». Сюда входят разнообразные социальные и психологические программы, развивающие когнитивные, эмоциональные и поведенческие изменения через продвижение опыта взаимодействия с природой.

Эти программы способствуют улучшению физического, ментального и социального здоровья и благополучия. В России более распространен термин Эко-терапия, который также претендует на статус родового понятия для всех видов терапий, задействующих природу в качестве психотерапевтического фактора. В этой статье я попыталась описать особенности зеленой (эко) терапии, а также компетенции и потенциал великого Зеленого терапевта – природы.

Дело в том, что в 21 веке ярко обозначился целый пул актуальных, быстро набирающих популярность направлений психотерапии, существенной особенностью которых является включение в психотерапевтический процесс третьего субъекта – природы. Идея природы как ко-терапевта состоит в том, что она не только воспринимается, но и реально становится активным участником терапевтического процесса, способным влиять на исцеление, трансформирование и углубление отношений между клиентом, терапевтом и окружающим миром. Вот некоторые из наиболее известных подходов:

- Nature Therapy (Терапия природой) - творческий метод, где природа выступает полноценным партнёром в формировании терапевтического процесса и обстановки;

- Ecotherapy (Экотерапия) - охватывает практики оздоровления через активное взаимодействие с природой;

- Wilderness Therapy (Терапия дикой природой) и Adventure Therapy (Приключенческая терапия) - используют опыт пребывания в дикой природе и преодоление физических и психологических вызовов для личностного роста и исцеления;

- Forest Therapy (Лесная терапия) - использование  леса для укрепления здоровья;  

- Walk and Talk Therapy (Терапия на прогулке) предлагает терапевтический диалог во время прогулки.

Также в качестве более коротких практик  к Зеленой терапии относят Care Farming (заботливое фермерство), в котором  сельскохозяйственная среда и деятельность используются в терапевтических целях; Green Exercise (зелёные упражнения) - физическая активность на природе; Horticulture Therapy / Gardening Therapy (гарденотерапия / садовая терапия) – использует работу с растениями для улучшения психического и физического состояния; Blue Gym / Blue Space Interventions (терапия голубым пространством) – восстановление за счет водной среды (моря, реки, озера); Animal-Assisted Therapy (анималотерапия).  

В России идеи зеленой терапии также находят своё развитие, обогащаясь оригинальными концепциями:

- Натурпсихотерапия - отечественное направление, где лечебное влияние природы выделено в качестве самостоятельного фактора.

- Средовые экспрессивные психотерапии – направление объединяет терапевтический потенциал природы и искусства.

- Экологическая, природоцентрированная терапия искусством: подход развит в России профессором А.И. Копытиным, сочетающим экотерапию с различными видами искусства.

- Направления психологического туризма, ландшафтной терапии и ландшафтной аналитики, а также трэвел терапия – могут быть причислены к российским подходам, так как часто упоминаются в российских психологических изданиях.

Конечно же, принципы экотерапии и идея природы как ко-терапевта могут органично интегрироваться и в различные традиционные направления: природа становится союзником в рамках гештальт-терапии, в юнгианском анализе (глубинная психология); в символдраме, сказкотерапии и других подходах. Однако в этой статье мы сосредотачиваемся на основных идеях именно зеленой/эко-терапии.

Актуальность данного направления продиктована вызовами нашего мира. Современный человек, живущий в урбанизированной среде, ощущает глубокую разобщенность с миром природы, что становится источником стресса, тревоги, депрессии и потери смысла. Чрезмерное увлечение цифровыми экранами и виртуальными развлечениями, заменяющее физическую активность и непосредственное исследование мира; высокая урбанизация и сокращение доступных, безопасных зеленых зон в пределах города; гиперопека и страх родителей за безопасность детей на улице – все эти факторы провоцируют развитие Синдрома дефицита природы, СДП. Термин введен американским журналистом и писателем Ричардом Лувом (Richard Louv) в книге «Последний ребенок в лесу» (2005) для описания психологических, физических и социальных издержек отчуждения человека, особенно ребенка, от естественной природной среды. Термин СДП не является медицинским диагнозом, не включен в официальные классификации болезней (DSM или МКБ), это скорее описательная метафора; и в то же время он часто используется для объяснения наблюдаемых тенденций ухудшения здоровья и самочувствия в связи с отрывом от природы.

Проявления, связанные с синдромом дефицита природы, затрагивают разные сферы: повышенный уровень стресса и тревоги; трудности с концентрацией внимания, снижение усидчивости, а также угасание здоровой эмоциональности; более высокий уровень заболеваемости, включая рост аллергических и аутоиммунных реакций; повышенный риск ожирения, дефицит витамина D и рост близорукости; снижение креативности из-за нехватки неструктурированной, исследовательской деятельности; ослабление эмпатии и ответственности перед другими живыми существами, а также потеря общего чувства чуда и удивления от мира. Недостаток контакта с природой может усиливать симптомы синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) у детей.

В Зеленой терапии акцент смещается с диалога в закрытом кабинете на взаимодействие внутри живой, изменчивой природной среды. Человеческая психика рассматривается как неотъемлемая часть жизни, а природа — как равноправный партнер, а иногда и главный проводник в процессе исцеления. Этот подход базируется на нескольких фундаментальных идеях:

1. Человек и природа едины и взаимосвязаны, и здоровье человека неразрывно связано со здоровьем всей экосистемы. Попытки лечить психику изолированно, словно она существует в вакууме, здесь считаются неэффективными.
2. Гипотеза Биофилии, врожденной тяги к проявлениям жизни, говорит об   эволюционно закрепленной потребности человека пребывать в связи с другими формами жизни. Восстановление этих связей актуализирует ресурсы жизненной силы и психологической устойчивости.
3. Природа обладает уникальной способностью мягко восстанавливать внимание человека без волевых усилий, в отличие от городской среды, которая требует постоянной концентрации и приводит к утомлению.
4. Наиболее сильный терапевтический эффект, согласно исследованиям, дает не пассивное созерцание природы, а активное взаимодействие с ней — прохождение интересного туристского маршрута, экотропы; созерцание, уход за садом, посадка деревьев или участие в природоохранных проектах.
5. Главная идея – сама Природа выступает как ко-терапевт: в терапевтическом процессе она перестает быть просто фоном или декорацией; ее переживают, взаимодействуют с ней, и она активно влияет на ход и глубину психологической работы.

Зеленый терапевт – он какой?

В классической психотерапии есть два участника: терапевт и клиент, их отношения — основной инструмент изменений. В экотерапии появляется третий активный участник, выполняющий скорее терапевтические функции и названный в данной статье зеленым терапевтом — природа. Это не среда, не декорация, не новое место действия – это равноправный партнер, который устанавливает правила (погода, ландшафт, усталость); генерирует смыслы (предлагая метафоры и инсайты); исцеляет сама по себе (снижает уровень кортизола, нормализует давление и улучшает настроение).

Пребывание в живой, изменчивой окружающей среде меняет саму структуру терапевтических отношений. Диада «терапевт-клиент» превращается в триаду, где природа выступает как нейтральный, но активный участник, что создаёт новые динамики, помогает клиенту почувствовать себя частью более широкого контекста и снижает давление межличностного взаимодействия.

Зеленый ко-терапевт изменяет сеттинг и весь психотерапевтический процесс: природа модерирует темп, ритм процессов, диктует расписание сессий, создает необходимые условия для рождения целительных переживаний, активизирует человека, объединяя безопасность и символическую глубину "священного пространства" с преобразующей силой ощущения единства со всем сущим.

Например, вместо запланированной сессии на альпийском лугу из-за внезапного ливня группа не вышла на локацию – остались в лагере, пили кофе и слушали шум капель по пологу палатки, наблюдали блики солнца в воде и танец облаков над долиной – и запланированная тема индивидуации и самораскрытия вписалась в более широкий контекст – ненастья и непредвиденных обстоятельств, судьбы, естественного, нам не подвластного хода вещей. И оказалось, что ненастье фейковое, существующее всего лишь в восприятии небольшой компании избалованных комфортом людей, а вообще-то дождь - это благо, живительная влага, естественный элемент круговорота воды, без которого нет ни жизни, ни искомой индивидуации и самораскрытия. А Альпийские луга, омытые дождем, раскрылись группе на следующей день в походе на ледник, и в этом нашлись свои смыслы….

Идея природы как ко-терапевта меняет саму суть терапии. Возникают трёхсторонние отношения «клиент — терапевт — природа», где природа — полноправный участник, способный инициировать, тормозить, углублять или переворачивать ход сессии. Это создаёт иную экологию помогающего контакта: терапевт перестаёт быть единственным контейнером; клиент учится доверять не только человеку, но и жизни; природа становится активным соавтором изменений.

Для психолога это вызов и одновременно освобождение: ответственность за результат разделяется с самой жизнью, которая всегда знает что-то, чего не знаем мы.

Расширение дискурса терапевтических отношений проявляется в возможности обращения к бесконечной череде природных архетипических образов: рост, цветение, корни, ветер, течение, увядание, водопад, возрождение, укрытие, ручей... Появляется диалог с ландшафтом: наблюдение, созерцание, совместное присутствие. Терапевт и клиент могут просто сидеть, глядя на горы, и это само по себе становится содержательным разговором. Или они могут идти по тропе, ловя особый «кинестетический транс», обсуждая пейзажи и архетипические природные образы, а склоны гор и облака, цветы и камни – свидетельствуют их путь, тоже наблюдают, и об этом тоже можно поговорить… Природа легализует «земные» темы: смерть, цикличность, зависимость от стихий, экзистенциальное одиночество, красота как ценность. Обсуждение увядания листьев может стать безопасным входом в тему старения или потерь…. Дискурс включается через деятельность (сбор хвороста, шаги по тропе, рисование на земле, складывание пирамидки), что создаёт новые формы взаимодействия и вместо «расскажи о своих границах» становится возможным предложить «давай выложим камнями твою границу»… Происходит определенное перераспределение ролей: терапевт становится не только экспертом, но и попутчиком, со-исследователем («Я тоже не знаю, что за поворотом — давай посмотрим вместе»). Природа катализирует честный язык: «Мне зябко» становится метафорой незащищённости.

Механизмы, которые позволяют природе реализовывать ее ко-терапевтическую функцию:

- ее способность создавать безопасный, нейтральный контейнер;

- она всегда предлагает собственные «интервенции» (звук, ветер, пролетевшая бабочка, выглянувшее из облаков солнце и т.п.), возвращая в «здесь-и-сейчас»;

- моделирует процессы (смена погоды — модель смены настроения; корни дерева — модель опор; течение реки — отпускания);

- снимает с терапевта часть ответственности, впуская третьего участника — саму жизнь;

- обогащает язык и смыслы, давая универсальные архетипические образы (солнце, горы, дерево, вода), которые открывают доступ к глубинным ресурсам и новым стратегиям.

Это делает терапию более живой, телесной, экологичной и глубокой — потому что в ней задействовано не только сознание, но всё существо человека.

Нейрофизиологические исследования убедительно подкрепляют идеи о компетентности зеленого терапевта. В целом, они подтверждают, что контакт с природой оказывает мощное положительное влияние на психику: снижает уровень кортизола (гормона стресса), улучшает настроение и восстанавливает внимание. В разных исследованиях описаны интересные феномены:

1. Теория восстановления внимания (ART) утверждает, что рабочая память, когнитивная гибкость и контроль внимания улучшаются после пребывания в естественной среде с показателями от низких до умеренных;
2. Теория снижения стресса (SRT) Роджера Ульриха описывает, как природная среда активирует парасимпатическую систему: даже 15 минут в природной среде значительно повышают парасимпатическую активность;
3. Природные ландшафты активируют области мозга, связанные с вознаграждением и положительными эмоциями;
4. На природе зафиксировано снижение активности префронтальной коры — области, ответственной за руминацию (навязчивые мысли) и самокритику (связь с тревожностью и депрессией); 90-минутная прогулка на природе снижает активность субгенуальной префронтальной коры (область навязчивых негативных мыслей);
5. Описан т.н. ландшафтный рефлекс: мозг человека до сих пор сканирует ландшафт на предмет укрытий (лес), опасностей (обрыв) и ресурсов (вода); виды на холмы активируют зоны, связанные с мотивацией, а закрытые низины — зоны, отвечающие за защиту и покой;
6. Метаанализ 2019 года  показал, что взаимодействие с природой улучшает когнитивные функции в среднем на 15–20% (эффект устойчив независимо от возраста респондента и типа природной среды);
7. Поливагальная теория Стивена Порджеса объясняет, как вегетативная нервная система регулирует стресс и обеспечивает выживание через работу блуждающего нерва. В процессе нейроцепции (бессознательная оценка мозгом безопасности или угрозы в окружающей среде) на основе этой оценки нервная система автоматически выбирает стратегию (социальное взаимодействие → борьба/бегство → оцепенение). Так вот, звуки и картины природы, тихий голос, прикосновения, зрительный контакт воспринимаются  как сигналы безопасности, активируют вентральную ветвь вагуса  и помогают успокаиваться;      
8. Существует  BDNF (Brain-derived neurotrophic factor), или нейротрофический фактор мозга, — фундаментальный белок, который выполняет роль главного «садовника» мозга, отвечает за питание, защиту и восстановление нервных клеток, а главное — за образование новых нейронных связей (основа обучения, памяти и быстрого мышления). Самый мощный и эффективный способ стимуляции выработки этого белка - регулярная аэробная нагрузка, особенно – в условиях природы.
9. Показано, что трэвел-терапия сочетает: аэробную нагрузку (эндоканнабиноиды, BDNF), когнитивный вызов (нейропластичность), социальную синхронию (эндорфины, окситоцин), эмоциональную экспрессию (интероцепция, воплощённое познание) и эстетический опыт (система вознаграждения);

В экотерапии природа расширяет терапевтическое пространство классического кабинета в нескольких измерениях. В физическом – появляются горизонт, высота, глубина, движение: вместо фиксированных поз — ходьба, сидение на камне, обход дерева; клиент может менять дистанцию, выбирать место… В сенсорном - включаются все органы чувств: ветер, запахи, температура, текстуры, звуки: возникает полимодальный контакт с реальностью (можно коснуться коры, услышать птиц, увидеть солнце сквозь листву — это заземляет и выводит из «головных» переживаний в телесное присутствие)… В психологическом измерении - снимается давление помещения, появляется пространство для метафор и проекций; ослабляются защитные механизмы; снижается иерархичность и зависимость клиента от терапевта; он может обращаться к дереву или ветру, а не только к терапевту…. И наконец, во временнОм измерении - децентрируется человеческое время (час сессии) и возникает настойчивое напоминание о природных циклах, что всегда является целительным…

Относительно  обычного терапевта (не зеленого), т.е. человека с дипломом психолога-консультанта, практикующего ландшафтно-терапевтический подход, важно отметить, что ему в формате экотерапии предстоит выбирать или совмещать две возможных позиции: а) центральную, в которой он работает непосредственно с клиентом, и обращается к природе как к фону или источнику инструментов; и б) фоновую, в которой он выступает в качестве свидетеля, контейнера и посредника, что позволяет клиенту работать напрямую с природой.

Важнейшим  эффектом (или продуктом?) зеленой терапии становится развитие экологического сознания и эмпатии в отношениях с миром природы Не являясь целью, не требуя специальных процедур и сессий, оно происходит спонтанно через погружение в живой диалог с природой. Благодаря сенсорному пробуждению, проецированию клиентом своих внутренних состояний на природные объекты, он начинает узнавать себя в природе и, наоборот, видеть природу в себе — происходит взаимное отражение. В диалогах с природными объектами клиент воспринимает природу как собеседника, который тоже «отвечает», и у него рождается переживание взаимности. Он учится не только брать, но и отдавать, не только наблюдать, но и участвовать – и вот клиент постепенно включает природу в свою систему ценностей — как часть себя, как партнёра, как основу для принятия решений. Это переход от «я в природе» к «я — часть природы».

Так происходит постепенное формирование субличности «Я-в-отношениях-с-природой» — клиент начинает действовать исходя из интересов всей экосистемы, а не только личных. Развитие экологического сознания идёт через расширение круга «значимых других»: сначала – люди, потом -  живая природа. Оно идет через практику диалога, телесного присутствия и ритуальной заботы, в которых развивается развивается  эмпатия, и в итоге человек  начинает воспринимать себя как часть целого, а природу — как равного партнёра, что трансформирует его отношения и с миром, и с самим собой. Так зеленая терапия становится инструментом исцеления не только отдельного человека, но и способствует укреплению социального здоровья, благополучия в процессе развития экологического сознания у большинства людей. Тем самым повышаются шансы на устойчивое безопасное развитие всего человечества! (устойчивое развитие — это такое развитие, которое удовлетворяет потребности настоящего времени, но не ставит под угрозу способность будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности).

Завершить эту статью мне бы хотелось перечислением организаций и программ, которые в наше время практикуют зеленую терапию. Вот то, что смогла найти на просторах российского интернета:

На глобальном уровне формированием профессионального сообщества и научной базы занимаются несколько крупных проектов.

• В США: Wilderness Therapy / Outdoor Behavioral Healthcare – программа, для которой AEE (Association for Experiential Education — международный профессиональный орган, аккредитующий программы), разработала стандарты аккредитации: программа прошла строгую проверку (до 310 пунктов самооценки и выездная проверка), подтверждающую соответствие клиническим и этическим стандартам. 
• В Австралии существует специализированный Институт экино- и анимал-ассистированной психотерапии (Equine-Assisted Psychotherapy (EAP), чьи программы аккредитованы PACFA (Psychotherapy and Counselling Federation of Australia) Это один из немногих примеров, когда специализация по работе с животными и природой имеет официальное признание на уровне федерации психотерапии. Программа включает 200 часов обучения и интеграцию нейронауки, этики и природной мудрости.
• В Европе: а) European Cooperation in Science and Technology (COST) Action «GreenME» - четырёхлетний проект (2023-2027), финансируемый Европейским Союзом, объединяет учёных, практиков и политиков из 7 стран с целью развития «зелёного ухода» (Green Care) и создания единого научного, профессионального и этического стандарта для практик, связанных с природой; б)«NATURELAB» - проект-партнёр «GreenME», который с 2023 по 2027 год занимается исследованием пользы терапевтических программ в зелёных («зелёная терапия») и синих («голубая терапия») пространствах; в) «Thrive» - одна из старейших благотворительных организаций в Великобритании, которая с 1978 года развивает терапевтическое садоводство, здесь помогают людям с различными потребностями, включая инвалидность и психические расстройства, через уход за растениями; г)Green Care Finland - финская ассоциация, объединяющая специалистов, использующих природу для улучшения благополучия людей; здесь активно развивают методы «природно-ассистированной» деятельности в социальной и медицинской сферах.
• В Израиле: а) программа «Природная терапия» (Nature Therapy)  была запущена в Тель-Авивском университете и действовала в  период с 2009 по 2015 год; основателем и руководителем ее был доктор Ронен Бергер, который в своей докторской диссертации (2008) концептуализировал данный подход и описал метод «Природной терапии» как экспериментальный терапевтический подход, который реализуется в природе и строится на взаимоотношениях и диалоге человека с миром природы;

б) Общенациональная программа «Nature Heals» - масштабная инициатива, запущенная Израильским обществом охраны природы (SPNI), которая действует по всей стране с целью  использовать природу для психологической поддержки населения, в том числе в ответ на кризисы; в её рамках проводятся специализированные ретриты, лагеря и групповые занятия, направленные на повышение жизнестойкости и снижение тревожности;

в) Программа «Жизнестойкие путешествия» (Resilience Journeys) в колледже Ораним готовит специалистов по направлению «Приключенческая терапия на природе» (Adventure Based Therapy) в партнерстве с Обществом охраны природы Израиля (SPNI). Это пример академической специализации с сильной полевой практикой, признанной в системе образования и социальной работы.

В России направление экотерапии также активно развивается, в основном силами инициативных групп и энтузиастов, а также официально зарегистрированных организаций:

а) АНО «Центр развития экотерапии» (Казань) - официально зарегистрированная автономная некоммерческая организация, основанная психологом Дмитрием Никитиным;

б) Мурманская региональная общественная организация «Нам жить вместе» занимается популяризацией экотерапии в контексте помощи людям с особенностями развития через взаимодействие с животными и природой;

в) также многие психологи декларируют свою работу в форматах «Трэвел-терапии», «Ландшафтной аналитики» и «Ландшафтной арт-терапии», «Психологического туризма» и «Экотерапии».

Развитие официальных программ и появление профильных организаций говорит о том, что экотерапия постепенно перестаёт быть просто модным направлением и обретает статус практики, признанной на уровне профессионального сообщества и государства. Это важно для стандартизации подходов, подготовки квалифицированных кадров и, как следствие, повышения эффективности и безопасности таких методов для широкой публики.  Хотя в реестре ЕАП пока нет отдельной графы «экотерапия», методы работы с природой уже институционализированы через аккредитацию AEE (для программ на дикой природе), признание PACFA (для анимал-терапии) и через университетские программы (как в Израиле). Эти направления опираются на экспериенциальное обучение, телесность и работу с травмой, что делает их легитимной частью современного психотерапевтического ландшафта.

С Ландшафтно-терапевтическими программами и практиками можно ознакомиться в горном кемпинге «Уллу-тау 2380» уже в этом году, материалы данного проекта можно посмотреть по ссылкам. Консультации и подробности – у автора статьи.

Приглашаем пройти несколько увлекательных сессий у Зеленого терапевта в горах (ущелье Адыр-су, окрестности Уллу-тау)! Подробности программ смотрите:

https://gid.su/ullu-tau/    и   https://vk.com/club237153788